Мама. Музыка. Мир.
Оглавление. Часть I

Необходимым условием бесперебойного движения семейного состава по рельсам жизни является наличие опытного машиниста. По воспоминаниям младшего из сыновей, таким машинистом в их семье была мама. Это она следила, чтобы семейные рычаги работали плавно и бесшумно, чтобы вовремя срабатывали тормозные клапаны и при этом состав не сходил с рельсов. Розалия Исидоровна умела управлять семейным составом, не привлекая внимания мужа к сбоям механизма, оберегая художника от рутины бытовых проблем.
Всегда готовая прийти на помощь, поддержать, предотвратить мелкие крушения она осталась в памяти детей и мужа воплощением доброты и преданности.

Но была и другая мама. Пугливая, панически боявшаяся грозы, одно приближение которой загоняло Розалию Исидоровну в темную комнату, вызывало желание накрыться с головой, не слышать и не видеть. Возможно, так ее трепетная натура отзывалась на нарушение звуковой гармонии и красоты.

И была еще одна мама, та, что эту гармонию создавала, наполняя дом музыкой.
Ничего не знающий о музыке ребенок воспринимал ее как нечто привычное, принадлежащее дому. Для маленького Бориса мир, музыка и мама до определенной поры составляли единое и неразрывное целое. Мир наличествующий, обступающий со всех сторон жил по своим неведомым законам. Живым и одухотворенным его делала музыка. Она вызывала бурю чувств и наполняла окружающее тайным смыслом. Успокаивало то, что мама великолепно справлялась с этим буйством эмоций и звуков.

Отказавшаяся от славы и карьеры музыканта Розалия Исидоровна оставалась верной своему призванию. Регулярные многочасовые занятия, постоянное пополнение исполнительского репертуара новыми вещами, игра в четыре руки со знакомыми музыкантами, домашние концерты, на которые съезжались известные композиторы и ценители музыки, – вот то, чем был наполнен ее досуг, когда хозяйственные дела и воспитание детей отступали на задний план. К этому следует еще добавить занятия с вокалистами и уроки игры на фортепиано, которые она вынуждена была давать ради заработка

В 1895 году, впервые после 6-летнего перерыва, Розалия Исидоровна снова вышла на сцену. Ее мартовское выступление с Гржимали и Альтшулером на концерте в пользу Училища живописи ваяния и зодчества было замечено прессой. Автор рецензии, известный своей требовательностью музыкальный критик Н. Кашкин, выражал уверенность, что прерванная ранее артистическая деятельность пианистки будет продолжена.

Подтверждением успеха было приглашение выступить с концертами осенью в Малом и Колонном залах Благородного собрания.

2 октября 1895 года "Московские ведомости" объявляли, что партию фортепиано в квинтете Шумана исполнит "молодая очень талантливая пианистка г-жа Розалия Исидоровна Пастернак (супруга известного живописца)". Это выступление также вызвало немало хвалебных слов о пианистке в прессе. В заслугу ей ставились не только техничность и музыкальность исполнения, но ценное качество в камерном музицировании – равновесие звучания фортепиано со струнными инструментами.

С волнением ждала она своего следующего, на этот раз сольного выступления в Колонном зале, где должна была играть Вагнера в переложении Листа для фортепиано. Сколько раз судьба бывала неблагосклонна к ней в юности, в самый последний момент уводя от триумфа, уготованного ее дарованию! Как часто ее славой играл случай. 19 ноября в Колонном зале она должна была открывать второе отделение концерта. В антракте из дома сообщили, что оба сына в сильнейшем жару.

Она вышла на сцену объятая тревогой за жизнь детей и скованная невозможностью отменить выступление. Едва затих звук последнего аккорда, она, раскланявшись и не дожидаясь конца концерта, бросилась домой. Мысленно подгоняя извозчика, она обмирала от одной мысли, что в ее отсутствие с детьми случилось самое непоправимое, корила себя за свое решение играть, вместо того, чтобы мчаться домой сразу по получении печального известия. В пылу несправедливых самообвинений, мучаясь страхом неопределенности и молясь о спасении детей, она дала себе зарок не выходить больше на сцену.

Дети болели и выздоравливали, но Розалия Исидоровна не нарушала данного сгоряча зарока. Только спустя 10 лет она предприняла новую попытку вернуться к артистической деятельности. Прошедшие годы не сказались на ее исполнительских способностях, потому что, отлучив себя от сцены и славы, она не оставила музыкальных занятий. Но ушедшие годы не прибавили ей здоровья. Она стала жаловаться на боли в сердце. Темпераментная исполнительница, она выкладывалась на концертах до полного изнеможения. За кулисами дежурил сопровождавший ее на концерты сын Шура. У него всегда наготове были сердечные капли. К ним приходилось прибегать все чаще и чаще.

Так что со сценической карьерой пришлось снова распрощаться. На этот раз навсегда. Но до последних дней жизни Розалия Исидоровна оставалась верна музыке. С готовностью отзываясь на просьбы окружающих, она тут же садилась за рояль и поражала слушателей широтой своего репертуара и великолепием профессиональной формы.

Преданная жена и самоотверженная мать она всегда вызывала у своего мужа и детей чувство восхищения, к которому постоянно примешивалось чувство вины. Но выбор, сделанный когда-то Розалией Исидоровной, был продиктован любовью. А потому не поддается анализу и не нуждается в обосновании. Отказавшись от славы и карьеры, она не предала своего призвания, и до последних дней жизни оставалась верна музыке.


Продолжение следует